Политика. 20 апреля, 14:00
Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: Владислав Костин, ИА IrkutskMedia
#Пробуждение_оппозиции

Анатомия протеста: кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

ИА IrkutskMedia проанализировало волну протестных настроений и пробуждения оппозиции в регионе

20 апреля, IrkutskMedia. Митинг сторонников Навального, прошедший 26 марта в Иркутске, напомнил застрявшему в межэлитных войнах Приангарью о существовании несистемной оппозиции. До президентских выборов осталось меньше года, и ярые противники "путинского режима" начали поднимать голову. Задержания активистов "Движения Иркутских анархистов", выход из тюрьмы Леонида Развозжаева, обыски у координатора "Открытой России" Ольги Жаковой и ее отказ от проведения в Иркутске митинга "Надоел" заставили ИА IrkutskMedia обратить внимание на эту тему. Мы спросили экспертов, чем акции протеста прошлых лет отличаются от нынешних, какие мотивы у митингующих и могут ли выиграть от этих бунтов третьи силы.

Бунты за народ

Стоит отметить, что большинство митингов с 2012 года в Иркутской области касались в основном социальной тематики: БЦБК, роста цен на коммунальные услуги, закрытия неэффективных вузов, введения взносов за капремонт. Активное участие в этих акциях принимала КПРФ.

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: IrkutskMedia

Политолог Алексей Петров подчеркнул, что с 2012 года в Иркутской области в основном проходили протесты на социальную тематику: движения дольщиков, борцов с точечной застройкой и прочие. Социальные темы более актуальны, чем политические. Политика выходит на первый план или в жесткой кризисной ситуации, или перед выборами, сказал эксперт.

Алексей Петров
Алексей Петров

политолог, кандидат политических наук

Автор фото: Мария Оленникова, РИА IrkutskMedia

Часто социальные протесты вообще не имели партийной принадлежности. КПРФ – одна из партий, которая активно участвовала в протестах. Было много митингов и пикетов, которые вообще не были связаны с партиями. Очень многие вопросы, связанные с политикой, много лет не обсуждались в Государственной Думе, поэтому представители парламентской оппозиции долгое время не включались в чисто политические протесты. Не парламентским партиям терять нечего. Они пытались набрать политические очки или просто защитить свою позицию. Логично, что после губернаторских выборов митингов с участием КПРФ стало меньше, но они все еще активны в каких-то принципиальных вопросах.

Специалист по связям с общественностью Владислав Шиндяев считает, что в данном случае нет особой разницы, кто организатор. Для обывателя важна тема, а не ее актор. В Иркутской области нет сильных мобильных политических сил и лидеров, которые могут последовательно играть на протесте. По его словам, протест всегда привязан к теме и ситуации.

— Если тема психологически грамотно разыграна, то она будет близка для большого числа наших жителей. Если для нее еще и обеспечить должное информационное покрытие в СМИ и социальных медиа, то можно вполне спокойно выводить людей на площадь. Причем социальные медиа в данном контексте являются не только информационным, но и прекраснейшим мобилизационным ресурсом. Особенно для этого подходит социальная сеть "ВКонтакте". Если организаторы своей активностью преодолевают порог реагирования конкретных аудиторий, то представители этой аудитории выходят на митинг. Если же всего этого нет и порог реагирования не преодолен, то никто, кроме интересантов, на мероприятие не приходит. Все продолжают только говорить по теме и не более того. В организации митингов ключевое значение имеет тема и ее подача, а не инициатор. Организаторов, которые бы могли собрать массовое мероприятие под себя, у нас просто нет, — прокомментировал Владислав Шиндяев.

Игры в политику

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: IrkutskMedia

Политическая повестка уже находилась в руках несистемной оппозиции: можно вспомнить пикет против введения института сити-менеджера в Иркутске и большой оппозиционный митинг, в котором приняло участие много партий, в связи со снятием самовыдвиженцев на выборах мэра Ангарского муниципального образования.

Владислав Шиндяев отметил, что митинги в Приангарье в большинстве своем носят локальный и конъюнктурный характер. Выигрывают от них конкретные интересанты. Проведение митингов это эффективная технология работы с общественностью. Вполне понятно, что многие митинги организуются и проводятся технологами в интересах конкретных лиц, заявил эксперт.

Владислав Шиндяев
Владислав Шиндяев

специалист по связям с общественностью

Автор фото: Предоставлено экспертом

Настоящих ярких акций протеста после противостояния строительству трубы вдоль Байкала у нас, по сути, и не было. Объясняется это очень просто. С одной стороны, у нас люди готовы дома у экрана телевизора или компьютера быть "за" или "против" чего угодно. С другой стороны, в регионе нет ни одной легко мобилизуемой общественно-политической организации или структуры, которая была бы готова в любой момент выйти на митинг и выразить свою позицию активно. И возникло это не в нынешней политической ситуации, а характерно для нашего региона исторически. Каждый регион имеет свою психическую особенность, которая определяется психической структурой основной массы жителей. Иркутская область, с одной стороны, всегда находилась в состоянии внутренней свободы своих мнений, суждений и позиций. С другой стороны, наш регион очень хорошо характеризует определенная особенность – состояние внутреннего протеста. Находясь всегда "на своей волне", мы с жестким протестом воспринимаем любые попытки оказать на нас хоть какое-то давление или изменить наш внутренний уклад жизни. Мы не приемлем, чтобы нам что-то навязывали. При этом протест практически всегда носит внутренний, пассивный характер. Мы готовы протестовать против всего не активными действиями, а исключительно бездействием. И только когда кто-то готов позариться на то, что мы считаем исконно своим, на то, что ущемляет наши интересы, протест сразу переходит в активную фазу. Но она у нас очень непродолжительна, после чего мы опять переходим в привычное для нас состояние "никому ничего не позволим", но ничего для этого делать не будем. Не будем последовательно идти к какой-то цели. Не будем добиваться ее. Не будем договариваться. Если кто-то и попытается договориться, то мы всегда готовы любого договорщика записать в стан врагов, предателей, а не тех, кто попытался найти компромисс.

Левченковский период

После победы на губернаторских выборах 2015 года коммуниста Сергея Левченко активность КПРФ в акциях протеста несколько снизилась. Однако митинги все также касались социальных вопросов. Так, 17 апреля 2016 года в Иркутске прошел пикет с участием студентов и преподавателей Иркутского филиала Московского государственного лингвистического университета (бывшего ИГЛУ). Основным требованием его участников был выход нынешнего института из состава МГЛУ. По информации организаторов, в пикете приняли участие от 250-ти до 300 человек. Между тем 29 августа владельцы земельных участков ДНТ "Мечта", которые находятся на землях лесного фонда, вышли на митинг в Иркутске. Негодующие люди растянули плакаты с обращениями к губернатору Иркутской области Сергею Левченко "защитить" и "помочь". Заместитель председателя правительства Иркутской области Виктор Кондрашов встретился с пострадавшими и рассказал о дальнейшем плане действий. А 11 октября десятки пожилых людей провели пикет против установления лимита в 30 льготных поездок в общественном транспорта. Акция протеста состоялась в Тихвинском сквере в Иркутске. Пенсионеры просили областную власть отметить постановление, по которому было введено ограничение на количество поездок для льготников.

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: IrkutskMedia

Политолог Сергей Шмидт отметил, что протестовать по социальной повестке в области с губернатором-коммунистам нелепо.

Сергей  Шмидт
Сергей Шмидт

политолог

Автор фото: Предоставлено экспертом

Удивительный момент, что социальный протест у нас в области вынужден обходиться без левых. Если сравнивать нынешнюю протестную волну и протесты времен Болотной, то бросается в глаза, что большое значение приобретает социальная эмоция – ненависть бедных к богатым. Если внимательно послушать выступления на митинге 26 марта в разных городах, там это социальное межклассовое напряжение является чуть ли не определяющим. Грубо говоря, Медведева ненавидят не за коррупцию, а за богатство. Всем известно к чему это привело 100 лет назад.

Пробуждение оппозиции

Новая веха протестных настроений началась 26 марта 2017 года, когда на площади 50-летия Октября в Иркутске прошел митинг "Не Димон", организованный сторонниками Алексея Навального в поддержку расследования Фонда борьбы с коррупцией. Участниками акции стали около 1,5 тысячи человек. Они вышли с лозунгами "Навальный – наш президент", "За светлое будущее", "Куплю виолончель для народа (очень дорого)", "Требуем расследования в отношении Медведева", "Мы против коррупции" и другими. Мероприятие прошло без серьезных эксцессов. Участники поблагодарили сотрудников полиции за спокойное проведение акции и назвали ситуацию с массовым задержанием активистов во Владивостоке недопустимой. Отметим, что оппозиционный митинг стал одним из самых массовых в столице региона за последние несколько лет.

Сергей Шмидт рассказал, что был на всех наиболее знаковых митингах в Иркутске с декабря 2011 года. На последнем митинге оппозиции он не присутствовал, но смотрел все на видео. В связи с этим эксперт обрисовал следующую концепцию: на акциях протеста доминирует три категории протестующих (люди, ценностно не согласные с властью, эмоционально несогласные и стилистически несогласные).

— Ценностно не согласные – это костяк такого рода митингов. Это люди с либеральными политическими ценностями. Тут дополнительных пояснений не нужно, кроме одного, – их также можно назвать "фэйсбучной интеллигенцией". Вторая категория: эмоционально несогласные. Это люди, имеющие серьезные психологические противоречия с действующей властью. Это люди достаточно зрелого возраста, основной костяк которых составляют те, кому неплохо жилось в 90-е в силу того, что там были возможности для создания мелкого бизнеса, но потерявшие свои преимущества за последние 15 лет. Они винят в этом действующую власть и ту политику, которую она проводит. Третья категория – стилистически несогласные. Основной костяк – совсем молодые люди, которым нынешний режим надоел. Во-первых, потому что другого они не помнят. Во-вторых, им кажется, что спектакль со старыми персонажами затянулся. Часть этих людей позитивно реагировала на "Крым – наш", поскольку произошло что-то новое. У меня есть подозрение, что это медийный миф, но все говорят, что этот компонент среди протестующих увеличивается. Когда говорят об омоложении протеста, это нужно проверять, — сказал эксперт.

Алексей Петров, заявлявший в соцсетях о тенденции "омоложения протеста", сказал, что большое число молодых людей на митингах связано с тем, что обращение было, прежде всего, к ним.

Алексей Петров
Алексей Петров

политолог, кандидат политических наук

Автор фото: Мария Оленникова, РИА IrkutskMedia

Когда к молодежи обращаются, она откликается. Молодежь сама по себе оппозиционна. Просто часто это сглаживается страхом молодых людей насчет того, что участие в митингах сегодня может неблагоприятно отразиться на их будущей жизни. Молодые люди сейчас левые и агрессивные. Это люди, которые выросли в тучные путинские годы, не видели ничего плохого и не помнят времен, когда по полгода не выдавали зарплату, и любое негативное изменение, даже самое маленькое, может вызвать протест. Попробуйте задержать студентам стипендию на неделю, и вы уже получите 50 тысяч человек на площадях Иркутска. Когда это касается конкретных людей, они приходят на акции протесты.

Владислав Шиндяев, комментируя последний митинг сторонников Навального, заявил, что в регионе последовательно никто не движется в рамках каких-то протестных тематик. Все протестные темы носят долгосрочный характер, но активная их фаза всегда очень непродолжительна: вышли, покричали и все.

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: IrkutskMedia

— Поэтому даже в режиссуре несистемной оппозиции каждая тема будет отрабатываться краткосрочными событиями, которые будут поддерживать внимание к конкретным темам, но ничего менять не будут. После митингов люди остывают, а СМИ, эксперты, представители сообществ в попытках осмыслить и проанализировать акцию протеста, еще на одну неделю продолжат держать тему в информационной повестке дня. Но после выхода итоговых материалов и они успокоятся. И жизнь продолжается дальше, заменив интерес аудитории другими более актуальными событиями, — сказал Владислав Шиндяев.

Проданный протест

29 марта выяснилось, что двоим студентам и одной несовершеннолетней обещали заплатить до 1 тысячи рублей за выход с символикой КПРФ на митинг в поддержку Алексея Навального. МВД возбудило производство в отношении организатора несанкционированного пикета.

По словам начальника Межмуниципального управления МВД России "Иркутское" Олега Савина, провокаторы задержаны. Двоим студентам должны были заплатить по 1 тысячи рублей, девушке – 500 рублей.

В отношении предполагаемого организатора несанкционированного пикета Коноплева возбуждено производство.

Алексей Петров отметил, что в Иркутске часто проходят малые протесты – по 15-20 человек. Эксперт заявил, что эти акции проходят за деньги.

— К сожалению, в таких мелких провокационных политических митингах все делается за деньги и на них появляются ангажированные персоны. С точки зрения мероприятия 26 марта – это что-то абсолютно новое. Пока рано говорить о том, что этот митинг положил начало протестам оппозиции перед президентскими выборами. Там были провокаторы, которых осудили. Это доказано, — отметил Алексей Петров.

Quid prodest?

Также мы задали экспертам вопрос о том, не получится ли так, что от митингов оппозиции может выиграть какая-либо третья сила. Алексей Петров согласился с этим тезисом, но тут все зависит о того, как власти предержащие подадут эти митинги.

— Я думаю, что противоборствующие стороны во власти могут выиграть от оппозиционных митингов, если смогут развернуть это в свою сторону при общении с вышестоящими органами власти. Как эмиссары из Москвы интерпретируют митинги, так это и отразится на интересах действующих региональных властей, — отметил Алексей Петров.

Сергей Шмидт сказал, что протесты могут расчитывать на успех, только если есть раскол внутри правящей элиты. Мы знаем это по Украине, когда олигархи поддерживали Майдан, отметил эксперт.

Сергей  Шмидт
Сергей Шмидт

политолог

Автор фото: Предоставлено экспертом

Также мы это знаем по выборам губернатора Иркутской области в 2015 году. У расколотых политических элит Иркутской области, по-моему, срабатывает инстинкт самосохранения, и они вряд ли решаться сыграть на теме оппозиционных митингов. То, что произошло с "ряжеными коммунистами" 26 марта, – это политический ход между элитными группами. Ни КПРФ, ни их оппонентам ждать помощи от протестующей оппозиции я бы не советовал.

Владислав Шиндяев сказал, что противоборствующие стороны, власти, политические структуры, грамотно работая с аудиториями, могут выигрывать от протестных мероприятий. Митинг – это очень эффективная технология вовлечения общественности в различные тематические вопросы. В данном случае митинг – хороший способ "разбудить" аудиторию. Благодаря активным протестам заинтересованность в политике начинают проявлять те, кто раньше был к ней полностью индифферентен.

— Чтобы расширить аудиторию, вовлеченную в социальные процессы, митинг — шикарнейший способ. Причем благодаря информационному покрытию этих акций с помощью социальных медиа и СМИ, в тему вовлекаются не только те, кто ходит на митинги, но и те, кто о них слышит, говорит, комментирует, делится информацией с друзьями. Таким образом происходит постепенное расширение уже существующего электората. И если явка раньше в основном осуществлялась за счет пенсионеров, бюджетников и военных, то такие акции дополнительно привлекают как минимум интерес огромнейшего количества других электоральных групп, которые черпают свою информацию совсем из других первичных источников, которые менее стандартизированы, чем, например, те же СМИ. Любое событие, в том числе и митинг, – это инструмент, чтобы разбудить народ и дальше работать с ним по повестке, — сказал Владислав Шиндяев.

Поиск моральной чистоты

По мнению Сергея Шмидта, среди протестующих не так много людей, у которых есть рациональные расхождения с властью. Это проявляется в том, что никто не может нарисовать образ России без Путина.

— Также мне кажется, что людей, которые имеют настоящие моральные претензии к власти и при этом сами обладают безупречной моралью, тоже не так много. У меня нет ощущения, что на митингах много людей, у которых материальные интересы расходятся с интересами действующей власти.

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области

Анатомия протеста: Кто и почему ходит на митинги в Иркутской области. Фото: IrkutskMedia

Напомним, после митинга сторонников Навального были задержаны активисты "Движения Иркутских анархистов". ИА IrkutskMedia следит за развитием оппозиционных настроений в области.

Материал подготовил Виктор Лучкин

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

#Пробуждение_оппозиции

Подпишитесь на ежедневную рассылку новостей

© 2005—2017 Медиахолдинг PrimaMedia