Резонансное уголовное дело. Фото: Пресс-служба Иркутского областного суда

Работницы завода в Иркутске украли 200 метров миткаля во время Великой Отечественной войны

Подробности резонансного дела публикует ИА IrkutskMedia

Сотрудницы эвакуированного в Иркутск во время Великой Отечественной войны оборонного завода №394 похитили 200 метров миткаля на сумму 29,5 тысячи рублей. В результате обысков у одной работницы и ее сообщниц была выявлена целая сеть, по которой главные фигуранты этого уголовного дела осуществляли свои замыслы. На спекулянтку, организовавшую широкое распространение ткани по городу и даже области, оперативники вышли после задержания на Центральном рынке женщин, продававших цветную ткань и платья. ИА IrkutskMedia представляет подробности резонансного дела, продолжая цикл публикаций, посвященных 80-летию Иркутского областного суда.

Согласно историографическим обзорам в первые же годы войны на территорию Восточной Сибири было эвакуировано более 30-ти производств. Среди них – оборонный завод №394 в Иркутске, выпускающий аккумуляторные батареи для военно-воздушных сил и военно-морского флота Советской Армии. Работниками таких стратегических предприятий становились пенсионеры, женщины, молодежь.

История десятков судеб иркутян и того самого оборонного завода соединились, поскольку и в горькие для страны годы – период войны с фашизмом, как и в любое смутное время, в тылу имели место преступные замыслы: желание обогатиться, жить лучше тех советских людей, которые "утопают" в нужде. Словно вовсе и нет никакой войны.

Основными фигурантами уголовного дела, сформированного в конце 1944 года, стали сотрудницы завода №394 – женщины, с приходом всеобщей народной беды взвалившие на себя множество непосильных задач, ставшие опорой и для своих больших семей с детьми от мала до велика, и для целой страны. Их мужья, сыновья, братья воевали на фронте, не подозревая, на что решились изнеможденные напастью родные.

Стали ли те труженицы преступницами из сострадания к собственным детям или из алчности? Теперь нам – поколению, не знавшему тягот войны, это вряд ли удастся понять. Суд же накануне долгожданной Победы провозгласил свой суровый приговор, отличавшийся строгим осуждением, что называется, по законам военного времени.

Жители коммуналки на улице Дзержинского в Иркутске знали: жизнь на кухне "кипит" лишь благодаря сомнительной деятельности их состоятельной соседки, которая не только хорошо кормила свою семью, выбиваясь из общей картины, но и занималась на кухонном пространстве покраской ткани в немалых количествах. Это привлекало внимание соседей, которые пользовались кухонной утварью крайне скромно – чтобы скипятить воду или изредка сварить какой-никакой суп.

Материалы дела

Материалы дела. Фото: Пресс-служба Иркутского областного суда

Несмотря на то что жильцы дома подозревали в деятельности безработной и предприимчивой соседки Натальи Ивановой что-то неладное, эта терзающая их несправедливость продолжалась достаточно долго. До войны и с ее приходом Наталья, чья семья ни в чем не нуждалась, работала на хлебозаводе, потом уволилась. Однако с началом войны семья в отсутствие мужского плеча и наличии работы лишь у одной старшей дочери, могла позволить себе много больше, чем их сограждане – хорошо питаться и одеваться, покупать предметы быта.

Из показаний свидетеля Анфисы Назаровой: "Я – соседка Ивановой. Живу в усадьбе с 1937 года. Она живет шикарно, не работает. Хорошо одевает свою семью, приобретает ценные вещи. Ее муж и сын занимались воровством, были посажены в тюрьму, где и умер муж, а сына прямо из тюрьмы направили на фронт. Когда я ее спрашивала, на какие средства она живет так шикарно, она отвечала: "Надо уметь жить".

В конце 1944 года за Натальей стали следить сотрудники милиции. В результате обысков у нее и ее сообщниц была выявлена целая сеть, по которой главные фигуранты этого уголовного дела осуществляли свои замыслы.

На спекулянтку, организовавшую широкое распространение ткани по городу и даже области, оперативники вышли после задержания на Центральном рынке женщин, продававших цветную ткань и платья. Все они указали на одну знакомую, которая "подкинула" им работу. Тогда стало ясно, что Наталья занимается скупкой и перепродажей ткани. Из невзрачного миткаля она делала ткань красного, синего, коричневого цветов, из уже приображенной материи шила женские и детские платья. Все эти изделия продавали дочери "предпринимательницы" – старшая и средняя-шестиклассница, которую мама даже освободила от обязанности ходить в школу в пользу торгового дела. Кроме того, жительница коммуналки привлекала для этой деятельности соседок, знакомых, своих квартиранток. Все соглашались, потому что были рады любой возможности заработать. За ткань, купленную у сбытчицы по цене 50 рублей за метр, Наталья назначала свою цену, всегда разную – от 90 до 140 рублей. Женщины же за свою работу получали от Ивановой по 10 рублей за каждый проданный метр. При обыске в квартире Ивановой была обнаружена несбытая ткань и более 15 тысяч рублей.

Задержав спекулянтку, сыщики вышли на след снабжавших ее тканью работниц оборонного завода. Оказалось, что ткань миткаль, широко распространяемая по завышенным ценам, была украдена из цехов завода №394.

Самая старшая из обвиняемых – 47-летняя Валентина Касаткина, работала на производстве в цехе №3, где указанная ткань использовалась для обклеивания и обертки элементов тех самых батарей, которые выпускал завод. Прежде чем использовать ткань, ее, как правило, перестирывали и пересушивали. Зная это, придя на работу на полчаса раньше остальных, Валентина Касаткина похищала миткаль прямо из сушки.

Многочисленные воспоминания ветеранов тыла подтверждают тот факт, что отопления на заводах, различных производствах не производилось, в лучшем случае тепло подавалось на один час поочередно в каждый цех. В таких условиях работать без теплой одежды в холодное время года, конечно, было невозможно. Так, до начала рабочего времени Валентина Петровна занималась тем, что либо наматывала куски украденной ткани на себя, после чего надевала пальто, либо подшивала аккуратно сложенный отрез под подклад верхней одежды. За раз через контрольный проход она выносила с завода не более пяти-шести метров. В соседнем цехе №2 работала дочь Касаткиной Варвара, которая вместе с коллегой Аленой Горбуновой способствовала матери в воровстве. После реализации продукции деньги делились поровну на три части.

Из письма сына Валентины Петровны Касаткиной, курсанта военного училища: "Живу и учусь хорошо. Абсолютно ни в чем не нуждаюсь. Деньги, которые выслали, я ведь не просил, и ни к чему их было высылать. Я получаю 250 рублей в месяц и мне их вполне достаточно на всякие расходы".

Распространять украденное Валентина Касаткина решила через невестку Марину. Девушка в один из первых же своих визитов на Центральный рынок удачно продала сразу весь имеющийся материал женщине, которая проявила интерес к возможности приобретать ткань в больших количествах. Она представилась Марине и предложила приносить миткаль напрямую к ней домой и продавать по цене 50 рублей за метр. Это и была предприимчивая Наталья из коммуналки – к ней Марина стала наведываться один-два раза в неделю. Незадолго до возбуждения уголовного дела и задержания, сообщницы рассказали Ивановой, что заметили наблюдение милиции. Тогда спекулянтка предупредила Марину, чтобы та не приходила домой, теперь они встречались в определенное время на улице в центре города. Но это не помогло избежать ареста и разоблачения.

Материалы дела

Материалы дела. Фото: Пресс-служба Иркутского областного суда

В результате следственных действий было обнаружено, что с завода похищено 200 метров миткаля на сумму 29,5 тысячи рублей. Однако руководство завода в ходе следствия представило сведения о пропаже 1,2 тысячи метров ткани. В суде хищение подсудимыми материи в большем количестве не подтвердилось.

Из справки завода №394 по запросу областного управления милиции ОБХСС: "Согласно вашему запросу сообщаем, что перерасход миткаля по второму цеху за декабрь месяц составил 3,5 тысячи метров. В некоторой части перерасход можно отнести за счет отклонений от норм при раскрое на машинах. В большей своей части перерасход необъясним, что позволяет предполагать наличие хищения этого материала из цеха".

Приговором Иркутского областного суда в апреле 1945 года Валентина Касаткина, Варвара Касаткина, Алена Горбунова, Мария Касаткина были приговорены по постановлению ЦИК от 07.08.1932 года (так называемый "закон о трех колосках") к 5 годам лишения свободы. Кроме того, суд постановил солидарно взыскать с работниц завода указанную сумму ущерба, причиненного хищением. Наталья Иванова, преданная суду по ст. 107 УК РСФСР, получила срок в 6 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Двое обвиняемых по той же статье подвержены исправительным работам с удержанием зарплаты на один год, трое – освобождены из-под стражи за отсутствием состава преступления. Несмотря на полное признание вины, работницы завода и их защитники подали кассационные жалобы в Верховный суд РСФСР, поскольку у большинства из них остались малолетние дети, которых отправили в детдом.

Накануне победного дня, в начале мая 1945 года, Верховный суд, рассмотрев жалобы, отменил приговор в части гражданского иска, а в марте 1946 года по протесту прокурора вновь пересмотрел дело, изменив квалификацию инкриминируемых деяний подсудимых, и этим же актом освободил от отбывания наказания в соответствии с указом президиума Верховного Совета СССР от 7 июля 1945 года "Об амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией".

Имена фигурантов уголовного дела изменены.

5.05.2017

© 2005—2017 Медиахолдинг PrimaMedia