Ситуация с ИА SakhalinMediaочень похожа на кейсы с применением статьи "Клевета" по всей стране, считает ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге Кирилл Титаев. При этом, отметил эксперт, возбуждение уголовного дела означает, что правоохранительные органы намерены идти до конца, так как прекращение дела будет означать суровые взыскания для силовиков. Об этом сообщает РИА IrkutskMedia.
- Клевета – это очень интересное преступление, потому что оно находится на границе между собственно преступлением, нарушением общего блага, и гражданским деликтом, когда преступление совершается, но наносится ущерб не общему благу, а конкретному человеку, - рассказал корр. РИА IrkutskMedia Кирилл Титаев. - С одной стороны, когда я клевещу на кого-то, то есть сообщаю заведомо ложную информацию о нем в публичном пространстве, я как бы нарушаю общие интересы общества, с другой стороны, я нарушаю только его интересы.
По словам эксперта, этот конфликт хорошо отразился в российском законодательстве последних пяти лет, потому что во время президентства Дмитрия Медведева клевета была выведена из уголовного кодекса и стала административным правонарушением, а до этого, что важно, она была преступлением частного обвинения, то есть правоохранительные органы не имели никакого отношения к борьбе с клеветой. В случае если человека оклеветали, он лично шел в суд, лично просил у суда возбудить уголовное дело и сам выступал обвинителем.
- После ухода Дмитрия Медведева с поста президента ситуация довольно радикально поменялась.
Благодаря лобби правоохранителей, клевета была возвращена в уголовный кодекс и стала преступлением публичного обвинения, то есть таким преступлением, в котором на стороне потерпевшего выступает государство – прокурор, следствие, дознание и так далее. Это довольно интересно и можно объяснить несколькими вещами, однако подавляющее большинство экспертов объясняет это тем, что это один из самых простых и эффективных механизмов давления на СМИ, общественные организации, особенно те, которые связаны с публичными расследованиями и правозащитной деятельностью, - рассказал ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения.
Для современных российских правоприменителей клевета – очень удобный инструмент, в частности, для шантажа и борьбы с политическими оппонентами. Впрочем, это не означает, что все дела, связанные с клеветой являются шантажными или применяются для борьбы с политическими противниками, но здесь уместно использовать логику "если возможно, то", продолжает Кирилл Титаев.
- Эта статья может быть легко использована для борьбы с политическими противниками, для вымогательства со стороны правоохранителей и так далее, - заключает эксперт.
- Что касается конкретной ситуации, она очень похожа на то, как это развивается по всей стране по тем кейсам, которые я могу видеть. Я не могу и не буду оценивать конкретную ситуацию, потому что у меня мало информации, и ее развитие пока непонятно, но, в общем и целом, нужно, наверное, сделать еще один экскурс и пояснить, что значит возбуждение уголовного дела, особенно уголовного дела по факту, а не в отношении конкретного лица. В случае с клеветой это особенно забавно, потому что факт клеветы есть, а клеветник неизвестен. То есть человек знает, что его оклеветали, а кто это сделал – не знает, - сказал Кирилл Титаев.
В этом случае возбуждение уголовного дела открывает очень большие возможности в плане использования разных инструментов уголовно-правового принуждения, рассказал эксперт.
- Можно проводить самые разные следственные действия, предусмотренные уголовно-процессуальным кодексом – обыски, выемки, экспертизы и так далее.В этом плане возбужденное уголовное дело, особенно уголовное дело по факту, а не в отношении конкретного лица, дает правоохранителям большой арсенал самых разных средств, - пояснил ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения.
При этом если говорить о ситуации с точки зрения правоохранителей, уголовное дело по факту, без установленного лица возбуждено его довольно сложно прекратить.
- Дело в том, что за необоснованное возбужденное уголовное дело с российских следователей и дознавателей очень сурово спрашивают.А любое практически прекращенное дело считается возбужденным необоснованно, кроме случаев истечения срока давности или невозможности найти лицо, совершившее преступление. Соответственно если дело уже возбуждено, то это означает, что правоохранители готовы идти до конца, потому что прекратить это дело практически невозможно технически в силу особенностей их отчетности, - сообщил Кирилл Титаев.
За каждое дело, прекращенное по отсутствию состава и события преступления, следователь или дознаватель получает очень суровое взыскание, также как и его начальник, а в случае с дознанием еще и прокурор, рассказал эксперт.
- Они должны либо привлечь "виновного", либо получить взыскание за необоснованное возбуждение, либо получить нераскрытое дело – "глухарь" на их жаргоне. И это самая большая системная проблема, которая работает сейчас против конкретного средства массовой информации. Система устроена таким образом, что вынуждает всех участников процесса доказать любой ценой, что а) преступление было, б) есть конкретный виновник, - заключил Кирилл Титаев.
Напомним, на прошлой неделе 28 ноября работа редакции ИА SakhalinMedia была парализована сотрудниками правоохранительных органов. Основанием для обысков стало уголовное дело в отношении неустановленного лица, предусмотренного ч.2 ст. 128.1 УК РФ. Мероприятия проводились в течение четырех часов, после чего полицейские изъяли все жесткие диски, ноутбуки и другие носители информации.
На следующий день, 29 ноября, обыски по "сахалинскому делу" прошли в приморской редакции холдинга PrimaMedia.
Чрезмерность действий полиции в отношении редакции ИА SakhalinMedia очевидна, считает председатель Союза журналистов России в Иркутской области Александр Гимельштейн. Любые законные действия сотрудников правоохранительных органов не должны препятствовать деятельности журналистов, подчеркнул он, комментируя обыск и изъятие техники и документов в информационном агентстве холдинга.
Обыск в офисе ИА SakhalinMedia внушает опасения и главе Союза журналистов ЕАО Андрею Ворсину.
Действия сахалинской полиции вызвали широкий резонанс в России. Глава Центральной ревизионной комиссии ОНФ, первый заместитель председателя комитета Госдумы РФ по конституционному законодательству и госстроительству Вячеслав Лысаков пообещал направить депутатский запрос в Генпрокуратуру РФ с просьбой проверить обоснованность и законность действий сахалинских правоохранительных органов по отношению к информационному агентству SakhalinMedia. По его словам, этот инцидент замять не удастся.
Действия полиции, блокировавшей работу редакции ИА SakhalinMedia, ошарашили депутата Государственной Думы РФ Алексея Корниенко. Парламентарий считает, что сотрудникам правопорядка лучше так себя вести по отношению к коррумпированным высокопоставленным чиновникам, нежели лезть в политику независимого СМИ. По мнению депутата, гонения на журналистов устроили те, кто хочет дестабилизировать обстановку в Сахалинской области. Однако спускать это на тормозах Корниенко не намерен – депутат взял на контроль ситуацию в Южно-Сахалинске и обратится в соответствующие инстанции с тем, чтобы виновные в неправомерных действиях были наказаны.
Руководство медиахолдинга намерено обратиться с жалобами на неправомерные, на взгляд руководства, действия полиции Сахалинской области в Генеральную прокуратуру РФ и Следственный комитет РФ.
В медиахолдинг PrimaMedia входят несколько СМИ в регионах Дальнего Востока и Сибири, в частности IrkutskMedia.