Круглый стол, посвященный досрочным выборам губернатора Иркутской области, прошел в Иркутске накануне, 3 сентября. В рамках мероприятия региональные и федеральные эксперты оценили вероятность второго тура и разобрали сильные и слабые стороны предвыборных программ кандидатов. По общему мнению участников, как минимум в двух из 18-ти российских регионов, где в сентябре пройдут выборы губернаторов, вероятность второго тура очень высока — это Архангельская и Иркутская области. Но если в Архангельской области эта вероятность складывается в силу общих протестных настроений, то в Иркутске к этому располагает наличие сильного оппонента "официальному" кандидату. Об этом сообщает корр. ИА IrkutskMedia.
Очевидно, что действующая власть стремится избежать такого сценария — на эту мысль наталкивает снятие с выборов Евгения Юмашева. Такую мысль высказал руководитель Политической экспертной группы Константин Калачёв. По его словам, участие Юмашева в выборах делало второй тур неизбежным — эта фигура оттянула бы на себя большой процент голосов. Да и сама кампания официального кандидата строилась явно в расчете на выборы-"референдум", на который просто будет одобрена кандидатура врио. Отсюда — нехватка встреч с населением, каналов обратной связи и прямого диалога.
"Но выборы оказались конкурентными — в них участвуют две равновеликие фигуры, способные решать вопросы на федеральном уровне, способные выдвигать конкурентные предложения. Поэтому хотелось, чтобы последняя неделя стала не неделей черных технологий, а была отмечена конкуренцией команд — до сих пор непонятно, что представляет собой команда врио, на кого он будет опираться, ведь с местными элитами у него отношения сложны, — и конкуренцией программ", — пожелал Константин Калачёв.
Такое мнение поддержал генеральный директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков. По словам эксперта, депутат ГД РФ Михаил Щапов — это явный претендент на второй тур. Парламентарий — кандидат действительно сильный, подготовленный, с проработанный программой.
"200 страниц — это детальный план работы, это не 28 страниц формальной программы врио губенатора Игоря Кобзева. Я давно не видел такой проработки. При этом программа депутата Щапова полностью в тренде федеральной повестки, в ней делается упор на федеральные национальные проекты, на те моменты, которые озвучивает президент. В этом смысле Щапов — абсолютный прагматик, он даже более ориентируется на президента, чем его оппонент", — заметил Илья Гращенков.
В свою очередь директор Фонда прогрессивной политики Олег Бондаренко заявил, что проблема Сергея Левченко заключалась в том, что будучи "ортодоксальным" коммунистом, он не смог построить отношения с Кремлем. Новое поколение коммунистических политиков — это прежде всего прагматичность.
Эта прагматичность, считают эксперты, не только делает депутата Щапова договороспособным — а значит допустимым — кандидатом в глазах центра, но и позволяет ему собрать ту часть электората, которая на парламентских выборах голосует за КПРФ, а на федеральных — за Владимира Путина.
Российско-израильский писатель и публицист Исраэль Шамир отметил еще одну особенность выборов — они проходят на фоне пандемии. В ситуации "постковида", как считает он, сформировался серьезный запрос на коммунистическую идею социальной справедливости, на социальную поддержку и на ограничение олигархических структур.
"Люди ждут, что кандидаты предложат по этим пунктам. С другой стороны в Иркутской области, где за последние 15 лет часто сменилось 5 губернаторов, остро строит проблема преемственности политики. В случае избрания Игоря Кобзеве, области опять придется начинать с нуля. А избрание депутата Михаила Щапова дает шанс на ту самую преемственность", — отметил эксперт.
Но депутат Щапов не просто преемник, его фигура — апгрейд всего образа КПРФ в глазах электората и элит. А его программа — это серьезный апгрейд программы Левченко. Действующий врио, формально отменив пятилетний план предыдущего правительства региона, по факту вынужден ему следовать, поскольку его параметры "зашиты" в трехлетний бюджет. А принципиально нового пока ничего не предлагает, утверждают эксперты. Депутат Щапов же открыто ссылается на "пятилетку", но при этом честно указывает, что нужно учитывать последствия коронакризиса, что старые прогнозы устарели, и пересчитывает целевые параметры.
Он признает, что промышленность и сырьевые ресурсы не могут быть драйвером развития экономики, поскольку эти активы принадлежат в основном федеральным финансово-промышленным структурам. И проекты их развития — это проекты конкретных хозяйствующих субъектов, на которые регион влиять не может.
Депутат понимает, что сельское хозяйство в зоне рискованного земледелия — не более чем продуктовая база, обеспечение продовольственной безопасности области, но не отрасль опережающего развития. И делает ставку на те сферы, на которые область может реально влиять и которые действительно могут обеспечить быстрый рост — туризм, лесная отрасль и цифровизация.
Отдельно участники круглого стола оценили перспективы отношений, в том числе бюджетных, между областью и центром.
"Врио губернатора Игорь Кобзев в своей риторике часто использует идею, что через его близость к федеральным фигурам в Иркутскую область придут какие-то блага, деньги, которые область была лишена. Но в свете грядущего экономических сложностей, связанных с пандемией, неизбежных секвестров — а это коснется не только регионов, но и федерального бюджета — возникают сомнения, насколько все эти обещания "золотого дождя" реалистичны. Это скорее элемент популизма. В реальности деньги, которые получают регионы, это вопрос компетенций регионального правительства по участию в федеральных программах", — акцентирует внимание доцент Иркутского государственного университета Дмитрий Козлов.
И здесь у главного кандидата от оппозиции есть и еще одна сильная черта, убеждены эксперты — это понимание бюджетных процессов.
"Как депутат Госдумы,работающий в комитете по бюджету и налогам, он занимался этими вопросами четыре года. Он понимает, как это работает, как регион может получить деньги — встроиться в федеральные программы. Понимает, как в них можно встроиться. Врио губернатора Кобзев же попадает в когорту "витрин режима", достаточно неповоротливы. Им надо помогать, надо давать денег. Но давать могут и перестать, потому что экономика валится. И сейчас победит тот, кто шустрее", — подчеркивает Илья Гращенков.
В целом, считает Владислав Шиндяев, председатель исполнительного комитета Иркутского регионального отделения "Ассоциации юристов России", регион встречает эти выборы не в состоянии политической информационной войны, как в 2015 году, но в состоянии эмоционального разрыва.
"Этот разрыв обусловлен тем, что никто не понимает, что ожидать от врио. От него ждали социального диалога. Но наладить его он не сумел ни с одним кругом общественности — все в итоге свелось к тому, что врио просто "решает задачи". Разговора с обществом нет. Мы периодически видим агитационный материал о том,что строятся социальные объекты, которые вообще-то должен строить любой губернатор, что он работает без выходных. Но людям все равно — да хоть круглые сутки. Нет понимания, чего ожидать в будущем: ну вот, мы возродим Тулун, а что дальше будем делать?" А именно это является критерием выбора, — считает эксперт.
Участники круглого стола заметили, что сейчас области остро нуждается в формировании образов будущего, в проектах развития. Больше нет необходимости кого-то спасать. В этом смысле губернатор-спасатель не релевантен картине реальности. Нужно думать о развитии. И выиграет тот кандидат, который этот образ будущего нарисует. Политконсультант Владислав Шиндяев заключил, что хотел бы видеть во главе интересов жителей вопрос о выборе парадигмы развития региона, и чтобы голосование, которое пройдет было осознанным.
